За публикацию любых сведений о частной жизни чиновника, без его согласия, журналист теперь может сесть в тюрьму. Срок – до пяти лет, пишет Exclusive.kz.

На днях Н.Назарбаев подписал многострадальный Закон РК«О персональных данных и их защите». По поводу него долго «ломали копья» его разработчики и общественные организации, представители оппозиции и юристы. Бурные дискуссии вызвал этот законопроект и в Парламенте Казахстана, в него неоднократно вносились предложения и изменения, мажилисмены возвращали его на доработку в правительство.

Как подчеркивают его разработчики, Закон направлен на обеспечение неприкосновенности частной жизни, защиты личной и семейной тайны, усиление государственного регулирования в данной сфере. Такие законы действуют во многих странах, что также стало аргументом для разработчиков их казахстанского аналога.

Закон начали разрабатывать еще в 2011 году, в соответствии с Планом законопроектных работ Правительства. Объясняли это необходимостью законодательного закрепления процедур работы с персональными данными, включая сбор, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), использование, распространение (передачу), блокирование, уничтожение персональных данных, в том числе его фамилии, имени, отчества, года, месяца, даты и места рождения, адреса, семейного, социального положения, образования, профессии, биометрических данных и другой информации.

Все это делалось, по объяснению разработчиков, в подкрепление 18 статьи Конституции, согласно которой каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и достоинства. До сих пор в действующем казахстанском законодательстве не было закреплено правовое положение персональных данных, в том числе и биометрических.

Одновременно вводится в действие Закон «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам персональных данных и их защиты», направленный на приведение в соответствие с ним других законодательных актов.

Законом вводится административная ответственность за нарушения порядка обработки и незаконное распространение сведений о персональных данных человека их держателями — в виде штрафа для физических и должностных лиц. В несколько раз повышается сумма штрафов за распространение персональных данных человека, без его согласия.

В Трудовом кодексе понятие обработки персональных данных работника дополняется сбором, систематизацией, обновлением, использованием, блокированием и уничтожением таких данных, определяется порядок таких действий. Кроме того, Закон теперь запрещает требовать от гражданина его персональные данные любой организации, если они прямо необходимы. Например, если гражданин не является спасателем, летчиком или военным, при приеме на работу у него не вправе требовать предоставления информации состоянии здоровья, отпечатки пальцев, сведения о группе крови и резус-факторе.

Новые поправки в Гражданский кодекс теперь позволяют казахстанцам требовать запрещения использования своего имени, других личных данных, без его согласия, кроме случаев, предусмотренных законами.

Все эти нововведения можно было бы только приветствовать, если бы закон определял конкретно: что именно относится к персональным данным, и в каких пределах должны быть ограничена защита прав личности на сохранение тайны частной жизни — и интересы общества на свободу слова и свободу распространения информации.

По-сути, законодателями создан своеобразный «конституционный оксюморон». Оксюморон – это парадоксальное совмещение противоположных понятий. Ведь в Конституции, наряду со статьей, защищающей неприкосновенность частной жизни, есть еще и статья о свободе слова. Принятый закон превращает эту статью в фикцию, создает постоянную угрозу для СМИ, пытающихся проводить самостоятельные журналистские расследования в отношении фактов злоупотреблений и коррупции чиновников и должностных лиц.

Что относится к персональным данным? В законе об этом понятии говорится предельно расплывчато: «сведения, относящиеся к определенному или определяемому на их основании субъекту персональных данных, зафиксированные на электронном, бумажном и (или) ином материальном носителе.» ( Следуя логике этого текста, даже наша память о каком-либо человеке, сосредоточенная в нашем мозге – материальный носитель! — также может попадать под действие этого закона)

«Дьявол скрывается в деталях» — говорит пословица. Если внимательно присмотреться к статьям нового закона, то становится ясной его охранительная сущность.

Например, в статье 8 говорится, что субъект или его законный представитель дает (отзывает) согласие на сбор, обработку персональных данных письменно или в форме электронного документа. Иными словами, использовать любые сведения о каком-то лице, без его согласия, становится незаконным.

Правда, в статье 9. предусматривается сбор и обработка персональных данных в случае осуществления законной деятельности журналиста или СМИ, но здесь же есть многозначительная оговорка: « при условии требований законодательства Республики Казахстан по обеспечению прав и свобод человека и гражданина.»

А так как сам гражданин определяет, нарушены его права или нет, то журналист или СМИ может попасть под суд за любое упоминание каких-то фактов, которые этот гражданин отнесет к своим личным или семейным тайнам.

Например, премьер-министр Италии Сильвио Берлускони, который любил развлекаться с малолетними проститутками на частных виллах, если бы он был гражданином Казахстана, вполне мог бы отнести сей факт к своей личной жизни и привлечь к суду и СМИ, и журналистов, которые посмели его раскрыть!

Или, к примеру, скандальный случай в соседней России. В феврале 2013 года оппозиционный блоггер Навальный опубликовал в своем блоге обвинения в адрес депутата от «Единой России» Владимира Пехтина. Он привёл документы, согласно которым в собственности Пехтина есть недвижимость в Майами (США) стоимостью 2 млн. долларов, не внесённая в его декларацию о доходах. В результате, после освещения истории в СМИ, Пехтин сложил полномочия депутата Государственной Думы. Процесс разоблачения был назван блоггерами «пехтингом».

Так вот: у нас в Казахстане такой «пехтинг» теперь, после принятия Закона, очень и очень маловероятен. Потому что если такие факты о каком-то казахстанском государственном чиновнике опубликует газета или телекомпания, к ним может прийти прокурор и открыть уголовное дело — за нарушение личных данных мажилисмена, которые тот относит к своей частной семейной жизни. Газета и журналист могут быть подвергнуты очень большим штрафам, которые их просто разорят или даже тюремному заключению, с конфискацией имущества!

Получается парадоксальная ситуация: в законодательстве Казахстана есть еще статья уголовного кодекса о клевете. Так что если журналист не прав, и у чиновника нет недвижимости на прекрасном острове Маврикий – он сядет в тюрьму за клевету. Если же он сказал правду, и такая недвижимость все же имеется – он будет хлебать тюремную баланду за разглашения персональных данных.

О том, что все это – не пустые угрозы, свидетельствует принятие изменений и дополнений в другие законодательные акты РК. Например, в Уголовный Кодекс. В частности, в статье 142 УК указывается, что «незаконное собирание сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия либо причинение существенного вреда правам и законным интересам лица в результате незаконного сбора и (или) обработки иных персональных данных», наказывается штрафом в размере от четырехсот до семисот месячных расчетных показателей. Миллионные штрафы, которые будут не по карману даже успешному и богатому СМИ.

Но это еще «цветочки»! Те же деяния, совершенные лицом с использованием своего служебного положения в целях извлечения выгод и преимуществ для себя или для других лиц и организаций, а равно распространение сведений в средствах массовой информации, наказываются штрафом в размере от тысячи до двух тысяч месячных расчетных показателей, либо лишением права занимать определенные должности либо заниматься определенной деятельностью на срок от двух до пяти лет, либо лишением свободы на срок до пяти лет с конфискацией имущества, являющегося орудием или средством совершения преступления, либо без таковой.

Будем реалистами: мало кто из редакторов СМИ захочет за публикацию о недвижимости, купленной за рубежом на ворованные государственным чиновником деньги, становиться «мальчиком для битья», лишаться работы, права на профессию, а может быть даже – и садиться в тюрьму…

Не прельстит такая «перспектива» и журналистов. Во что тогда превратится наша пресса – можете додумать сами. Про «всенародную борьбу с коррупцией» я уже даже и не говорю.

Конечно, не исключено, что власть и не будет использовать закон, как дубину против свободы слова в полной мере – все-таки Казахстан позиционирует себя как обитель демократических ценностей, его еще (пока) интересует мировое общественное мнение, его имидж в глазах Запада. Но то, что против свободы слова, против СМИ всех видов создана постоянная и очень реальная угроза, в виде нового Закона, позволяющего самым жестоким способом перекрывать каналы «нежелательной информации» — бесспорно.

Марина Цветаева еще в прошлом веке написала строки, очень подходящие к этому случаю:

Только в очи мы взглянули — без остатка,
Только голос наш до вопля вознесен —
Как на горло нам — железная перчатка
Опускается — по имени — закон…

Так вот: перчатка на горло уже опустилась. Хотя мы ее еще не почувствовали. Мнение Exclusive.kz разделяют и известные казахстанские политики, эксперты:

Досым Сатпаев, политолог:

-Этот очень дискуссионный закон был принят без широкого обсуждения общественностью, он создавался и принимался в келейной атмосфере чиновничьих кабинетов. В трактовке этого закона нет четкого понятия «персональные данные», оно неопределенное, аморфное. Что создает большие опасности злоупотребления положениями этого Закона со стороны чиновников и государственных структур.

Вообще у нас все принимаемые законы можно разделить на две категории: которые не исполняются вообще, и которые исполняются неправильно, с искажениями. Есть большая опасность, что этот закон будет исполняться именно частично, в интересах тех, кто заинтересован скрывать важную для общества информацию, манипулируя понятиями защиты частной жизни гражданина. К этому следует добавить и потрясающую юридическую некомпетентность наших чиновников, что доказала и проходившая аттестация правоохранительных органов и силовых структур. И тестирование чиновников, отбираемых на высшие должности государственной службе, в так называемый «корпус «А». Выясняется, что большое число их не знает законодательства. Не умеет его правильно применять. Предложения правозащитников, независимых экспертов просто проигнорированы, и в результате мы получили Закон, который будет не защищать, а в большей мере нарушать права и свободы казахстанцев.

Сергей Дуванов, эксперт Казахстанского бюро по правам человека, правозащитник и публицист:

— Этот закон не является чем-то особенным, он органично вписывается в ряд других законов, принятых в последние годы в Казахстане, которые ограничивают для граждан критику власть имущих, чиновников. Я имею в виду законы «О СМИ», «О политических партиях» и многие других. Но этот закон — последний предел, точка.

В известном смысле — это эпохальный закон! По сути, любая критика власти запрещается. Упоминание имени и фамилии в СМИ или публичном выступлении – уже повод для судебного преследования. Стоит упомянуть имя чиновника в негативном аспекте – и он получает полное юридическое правило получить «сатисфакцию», в том числе – осудить человека на лишение свободы.

Вы, конечно, можете говорить и публиковать, что такой-то чиновник имеет недвижимость или и счета за рубежом, но расплата будет жестокой: многомиллионные штрафы или тюрьма. Это самоубийство для журналистики. Власти обезопасили себя полностью, от любой критики. Этот закон куда более радикально решает вопрос запрета на нежелательную властям информацию. А то, что власть апеллирует к правам и интересам граждан – дымовая завеса, чтобы скрыть карательную сущность закона. Он позволяет власти, не особенно напрягаясь, посадить любого, кто упомянет имя коррумпированного чиновника.

Во всем мире есть такое понятие: публичная деятельность. Если ты чиновник или политик – забудь о своей личной жизни, она вся постоянно будет находиться под пристальным вниманием общественности и прессы. Публичные деятели обязаны быть открытыми – это принцип, обеспечивающий оздоровление общества от коррупционеров и тех, кто нарушает кодекс поведения госслужащих. А у нас власть, чиновники полностью обезопасили себя. В нашем законе нет даже такого понятия «публичная деятельность». Это вопиющее нарушение прав и свобод граждан. Самое постыдное будет, если мы промолчим. Это будет свидетельством того, что мы еще не созрели до гражданского общества. В любой стране Европы принятие такого закона вызвало бы массовый протест, миллионные демонстрации. Это показатель уровня нашей гражданской зрелости.

Я думаю, что закон скажется на состоянии наших СМИ. Ближайшим следствием станет прекращение различного рода межклановой борьбы в СМИ, вброса компромата, чем часто пользовались разные властные группировки. Те, кто привык писать гладко, безконфликтно, не задевая власть, продолжат свою деятельность. Те же, кто критиковал власть, вынуждены будут перейти в Интернет, до которого руки наших «охранителей», к счастью, пока не достают. Но главное негативное следствие его другое: огромная часть населения останется сегодня без весомой части правдивой информации о той власти, которая сегодня управляет страной.

Источник: Zakon.kz

Похожие записи: